Рейтинг@Mail.ru
 
Вверх
 
 
 
 
 
 
 
Если вы ищете среди десяти компаний, вы найдете всего одну стоящую, если среди двадцати – две, среди ста – десять. Наибольшую выгоду получает тот, кто переворачивает наибольшее количество камней и смотрит под ними.
Питер Линч
Финансы в цитатах
 
 
 
 
 
Базовые знания
Базовые знания > Уоррен Баффет. Биография > Король Уолл-стрит [1991-1995] > Уоррен Баффет. Биография: Разгневанные боги. Нью-Йорк: 1991-1994 годы [часть 1]
 
Оглавление
 
Уоррен Баффет. Биография (Элис Шредер)
 

Уоррен Баффет. Биография

Уоррен Баффет. Биография
 

Король Уолл-стрит [1991-1995]

Статья на тему «Уоррен Баффет. Биография: Разгневанные боги. Нью-Йорк: 1991-1994 годы [часть 1]».

Первое, что сделал Денхам, – поговорил с Доном Файерстайном. По итогам это­го разговора Файерстайн был уволен. Он попросил встречи с Баффетом, который только и сказал ему: «Вы могли сделать больше». Вначале Баффет думал, что Файер­стайн не понимал, что происходит5. Но постепенно пришел к выводу, что верность Файерстайна Гутфрейнду заставила его поставить интересы босса выше интере­сов Salomon. Денхам получил должность генерального советника. Входя в курс дел компании, Баффет обнаружил, насколько члены ее совета директоров подвергались тому, что он называл «информационное рационирование», со стороны менеджмента Salomon. Баффет и Мангер, в частности, узнали: когда в апреле Мозер впервые при­знался в том, что делал ставку без надлежащей авторизации разрешения, в компании обнаружили, что он пытался скрыть это и обманул клиента – фактически прикрыл­ся им, сказав, что фальшивый ордер на государственные облигации был выдан в ре­зультате технической ошибки.

«Мозер зажег спичку. Еще 29 апреля мистер Гутфрейнд мог задуть ее. Но он этого не сделал. Оказалось, что у Мозера повадки пироманьяка и спички ему хотелось за­жигать чаще, чем мы думали. Обязанность Гутфрейнда заключалась в том, чтобы по­мешать его "пиротехническим пристрастиям". Но поначалу он не сделал ничего, а по­том, возможно, охваченный паникой, сам стал подливать бензин в огонь. В результате акционеры Salomon могли лишиться сотен миллионов долларов, а восемь тысяч со­трудников и их семьи – средств к существованию из-за потери работы.

Я думаю, сделать это было проще всего на свете. Перед вами парень по имени Пол Мозер, который признал, что попытался обмануть самого важного в мире клиен­та и регулятора – американское правительство. Потом выясняется, что он пытался сделать так, чтобы правительство об этом не узнало, и для этого хотел – тоже об­маном – использовать имя одного из клиентов. Ничего из этого нельзя поставить в прямую вину мистеру Гутфрейнду.

Но когда случается что-то подобное, совершенно очевидно, что руководитель дол­жен через 10 секунд снять трубку, позвонить Мозеру и сказать ему, что он уволен. По­том пойти прямиком к Джерри Корригану и сказать: "Джерри, у компании, в которой работают восемь тысяч человек, возникла проблема. Этот парень грубо нарушил пра­вила, и я уволил его сразу после того, как узнал об этом. Что еще я могу сделать?"»6

Конечно, для многих людей такой шаг не был столь очевиден, как для Баффета, они стали бы обдумывать, какие еще у них имеются варианты... Тем более что в компании Мозера ценили. Он улучшил работу отдела по работе с иностранными валютами, и увольнять его не хотелось. Возможно, руководство надеялось, что его удастся как- то «реабилитировать». Конечно, признаться в содеянном регуляторам очень труд­но – их реакция могла оказаться жесткой. К тому же солидная юридическая фирма отметила, что сообщать о подобных случаях компании не обязаны.

Все эти доводы Баффет пропустил мимо ушей. Он оценивал возможности. Он по­пытался определиться, насколько реальна катастрофа. Потом просчитал, во сколь­ко обойдется снижение ее вероятности до минимума. Вывод, который сделал Баф­фет, – необходимо немедленно уволить Мозера и признаться. В вопросах честности для него все было черным или белым. По своей натуре Баффет был нетерпим к лже­цам и мошенникам.

К своему горькому разочарованию, он убедился в том, что лжи и обмана в Salomon, к сожалению, гораздо больше, чем ему говорили раньше. Следователи сообщили, что Файерстайн изначально называл действия Мозера «криминальными по своей сути» – это резко контрастировало с официальным мнением компании, высказан­ным после консультаций с юристами. Компания явно не хотела предавать это дело огласке. О поведении Мозера никто не сообщил даже внутреннему отделу по соблю­дению норм, отвечавшему за следование правилам рыночных операций. Отношение к правилам в Salomon было, мягко говоря, безответственным – сотрудники даже спорили о том, кто именно должен входить в состав комиссии по соблюдению норм7, и глава отдела был крайне рассержен, узнав, что его не поставили в известность о слу­чившемся, а существующие процедуры не соблюдались.

Баффет и Мангер также выяснили, что в начале июня Гутфрейнд встречался с за­местителем министра финансов Бобом Глаубером и пытался защитить компанию от обвинений в том, что она спровоцировала майское падение на рынках. Они узна­ли, что менеджмент Salomon обсуждал, нужно ли сообщать Глауберу о февральской афере, и решил, что пока этого делать не стоит. Позже Глаубер говорил, что его, ви­димо, держали за идиота. Ничто так не подорвало отношения с правительством и до­верие к Salomon, как та встреча Гутфрейнда с Глаубером. Все это пахло, самым что ни на есть натуральным обманом.

Первое, что сделал Денхам, – поговорил с Доном Файерстайном. По итогам это­го разговора Файерстайн был уволен. Он попросил встречи с Баффетом, который только и сказал ему: «Вы могли сделать больше». Вначале Баффет думал, что Файер­стайн не понимал, что происходит5. Но...
ndash, Мозер, Баффет, сделал, компании, Salomon, этом, Гутфрейнду,
Глава: « | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 
Комментарии (0):
 
Свернуть
Загрузка...
Загрузка...
 
 
 
 
 
 
File is not found
 
Root 2014г.
Копирование материалов сайта разрешено только при наличии активной ссылки на www.fondovik.com
Top-100 блогов инвесторов, 
трейдеров и аналитиков
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru