Рейтинг@Mail.ru
 
Вверх
 
 
 
 
 
 
 
Банкир - это человек, который одолжит вам зонтик в солнечную погоду, чтобы забрать его, как только начинается дождь.
Роберт Фрост
Финансы в цитатах
 
 
 
 
 
Базовые знания
Базовые знания > Уоррен Баффет. Биография > Король Уолл-стрит [1987-1991] > Уоррен Баффет. Биография: Белые ночи. Нью-Йорк: 1987-1991 годы [часть 11]
 
Оглавление
 
Уоррен Баффет. Биография (Элис Шредер)
 

Уоррен Баффет. Биография

Уоррен Баффет. Биография
 

Король Уолл-стрит [1987-1991]

Статья на тему «Уоррен Баффет. Биография: Белые ночи. Нью-Йорк: 1987-1991 годы [часть 11]».

Тем временем сотни сотрудников Salomon, которые были бы готовы проползти на коленях всю Пятую авеню за обед, которым Баффета потчевали у Морита, пита­лись в дорогих японских ресторанах и сплетничали о размере своих бонусных вы­плат. Причем главным было не то, какая сумма прописана в чеке каждого из них. Самым главным было то, насколько эта сумма больше или меньше суммы в чеке со­седа. Баффет и Мангер почти не представляли, насколько большие проблемы ждут Salomon. Арбитражеры Мэриуэзера требовали все больше денег. Бывшие преподава­тели колледжей (прежде зарабатывавшие всего по 29 000 долларов в год) чувствовали, что занимаются субсидированием убыточных подразделений типа инвестиционного банкинга. Они называли систему раздела прибыли «социалистической»31. Действуя независимо от остальных, арбитражеры могли бы заработать значительно больше денег. Они хотели откусить хороший кусок от сотен миллионов долларов, которые зарабатывали для фирмы32. Несмотря на то что Мэриуэзер был достаточно стесни­тельным человеком и порой даже не мог устанавливать зрительный контакт, он тем не менее стал одним из самых агрессивных и успешных борцов за бонусы в мире. Гутфрейнд постепенно сдавался и отдал арбитражерам 15 процентов от суммы, ко­торую они зарабатывали*. По сути, они могли получать куда больше денег, чем трей­деры, делившие бонусный бюджет между собой. Между Гутфрейндом и президентом Salomon Томом Страуссом было заключено секретное соглашение, о котором до поры до времени не знало ни правление, ни другие сотрудники Salomon.

К 1991 году у Баффета и Мангера накопилось достаточно много причин для разо­чарования работой Salomon. Они получали устаревшие данные о финансовых ре­зультатах. Требования персонала к повышению размера бонусов непрерывно росли. Баффет и Мангер не соглашались с множеством решений, принимавшихся советом директоров. Цена акций не менялась восемь лет. Доходы снизились на 167 миллио­нов, в основном в связи с выплатами сотрудникам.

Баффет, до сих пор позволявший Мангеру играть роль «плохого парня», встретил­ся с исполнительным комитетом и рекомендовал им снизить выплаты комиссион­ных. Тем не менее представленная акционерам итоговая сумма бюджета комиссион­ных была на семь миллионов долларов выше, чем прежде. Благодаря новой формуле, которую Мэриуэзер умело протолкнул в интересах своих ребят-арбитражеров, один из них – Ларри Хилибранд получил вместо трех целых 23 миллиона долларов33. Ког­да новости о размере бонуса Хилибранда просочились в прессу, некоторые его кол­леги чуть не сошли с ума от злобы и почувствовали себя обманутыми – им казалось, что все забыли о тех миллионах, которые они заработали для компании.

У Баффета не было проблемы с выплатами бонусов арбитражерам как таковой. «Я верю в то, что талантливым людям следует платить много денег, – говорит он, – но, пользуясь выражением Чарли, эта оплата должна представлять собой роялти, раз­несенное во времени». Созданная же в фирме структура выплаты бонусов напоми­нала структуру выплат в хедж-фонде и отчасти была даже похожа на структуру его прежнего партнерства**. Она приводила к значительному давлению на все остальные подразделения компании, вынужденные работать более упорно. Баффет возражал против того, что его не поставили в известность об этой схеме. Он возражал и про­тив того, что при недостаточно хороших результатах сотрудники не подвергались никаким санкциям. Гутфрейнд в отличие от своих трейдеров проявил больше здра­вомыслия и решил снизить размер комиссионных на 35 процентов в связи со сниже­нием доходов34. Это помогло ему наладить отношения с Баффетом – тот поверил, что Гутфрейнд грамотный менеджер и обладает лучшим пониманием ситуации. Однако чувство справедливости Баффета было столь сильно задето алчностью сотрудников, что он преодолел свою привычную инерцию и проголосовал против выплаты бону­сов трейдерам. Но его голос значил крайне мало. Тем не менее, когда информация о том, что Баффет голосовал против, достигла офисов Salomon, люди пришли в бе­шенство. Миллиардер, так любивший деньги, осмелился назвать их алчными.

Баффет же воспринимал Salomon как казино, у входа в которое расположен ресто­ран35. Ресторан был лидером по потерям. Трейдеры, в особенности люди Мэриуэзера, представляли собой казино – чистые риски без какого-либо конфликта интересов. Эта часть бизнеса нравилась Баффету, и новая система была призвана не дать арби­тражерам диктовать свои условия***. Однако в своих попытках управлять компанией с двумя различными системами оплаты труда (фигурально говоря, казино и рестора­ном) Гутфрейнд загнал кол в самое сердце Salomon.

Мэриуэзер и Хилибранд попросили у Гутфрейнда разрешения обратиться к Баффе­ту с тем, чтобы выкупить у него обратно конвертируемые привилегированные акции. Условия, ранее предложенные Баффету, были крайне щедрыми и обходились Salomon до­статочно дорого. Компания уже не стояла перед угрозой недружественного поглощения.

Так для чего нужно было так много платить за защиту со стороны Баффета? Гутфрейнд сказал, что они могут поговорить с Баффетом и попытаться убедить его в том, что без привилегированных акций компании ему будет лучше, чем с ними. Они обратились к Баффету, а тот сказал, что в принципе не возражает. Однако присутствие Баффета в ка­честве инвестора заставляло Гутфрейнда чувствовать себя в безопасности36.

Таким образом, Баффет предпочел придерживаться своей первоначальной дого­воренности. Он уже инвестировал в Джона Гутфрейнда и 700 миллионов долларов от имени Berkshire, и свою собственную репутацию, так что в 1991 году уже было позд­но выходить из сделки.

 


* Характерно, что Мэриуэзер умудрился не участвовать в этой привлекательной сделке.

 

** Эта сделка была в любом случае односторонней – арбитражеры могли либо выйти в ноль, либо выи­грать. Партнерство самого Баффета было выстроено так, что в случае неудовлетворительной работы его ответственность не была ограничена ничем, то есть его система стимулирования была напрямую завязана на успехи партнеров.

*** Аналогия с казино и рестораном была предложена самим Баффетом. Даже если бы ориентированные на клиентов направления бизнеса стали бы прибыльными, в будущем они потребовали бы еще боль­ших сумм капитала, несмотря на свой большой размер и долю рынка, а кроме того, не факт, что их норма прибыли удовлетворила бы Баффета.

Тем временем сотни сотрудников Salomon, которые были бы готовы проползти на коленях всю Пятую авеню за обед, которым Баффета потчевали у Морита, пита­лись в дорогих японских ресторанах и сплетничали о размере своих бонусных вы­плат. Причем главным было не то, какая сумма прописана в чеке...
Баффет, были, Баффета,
Глава: « | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 
Комментарии (0):
 
Свернуть
Загрузка...
Загрузка...
 
 
 
 
 
 
File is not found
 
Root 2014г.
Копирование материалов сайта разрешено только при наличии активной ссылки на www.fondovik.com
Top-100 блогов инвесторов, 
трейдеров и аналитиков
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru